Здавалка
Главная | Обратная связь

Подлоги, совершенные Маркионом



 

Если вы подумали, что масштаб личности Павла мог служить Древней церкви лишь объединяющим фактором, то оказались крайне далеки от истины. Почти в то же самое время, когда пресвитер из Малой Азии явил миру повесть об апостоле, чреватую расколом из‑за роли женщины в церкви, совсем с другого направления пришла ещё большая угроза церковному единству. Она заключалась в учении одного из самых больших почитателей Павла, учителя и богослова второго столетия н. э. Маркиона [76].

К сожалению, ни одно из сочинений Маркиона не сохранилось. Все они были в своё время сочтены еретическими и уничтожены. Что у нас есть, так это труды его оппонентов, включая уже упомянутого Тертуллиана, который написал опровержение учений Маркиона в пяти книгах. Этот труд сохранился и представляет собой золотую жилу по количеству информации о человеке, вызвавшем столько споров и разногласий в Древней церкви.

Маркион был выходцем из города Синопа на Южном побережье Черного моря. Как сообщают, его отец был епископом местной церкви, так что Маркион рос и воспитывался в христианском окружении. Его семья принадлежала к высшему обществу, а сам он ещё в молодости стал предпринимателем, предположительно в области кораблестроения. Сколотив приличное состояние, он уехал из Малой Азии в столицу империи Рим, где активно участвовал в церковном служении. Ученые традиционно относят римский период его жизни к 139–144 г. н. э.

Именно в Риме Маркион развил свои особые богословские идеи. Его особенно привлекала мысль Павла, что человек оправдан пред Богом не исполнением требований иудейского закона («делами закона», по его выражению в Гал 2:16), но только верой в Христову смерть и воскресение. Эту идею Павел особенно подчеркивает в канонических посланиях Галатам и Римлянам. Он проповедовал своё «евангелие» (буквально – «благую весть») язычникам, говоря им, что смерть Христа примиряет с Богом всех, кто имеет веру.

Маркион видел контраст между иудейским законом и Христовым Евангелием и дал увиденному логическое продолжение. Где закон, там нет Евангелия. У закона и Евангелия фундаментальные различия. Они противоречат друг другу. Ветхий Завет не имеет никакого отношения к благовестию Павла. Для Маркиона неизбежный вывод заключался в том, что Бог, который дал иудейский закон, не может быть тем же Богом, что спас людей от их грехов, которые они навлекли на себя нарушением закона. Другими словами, ветхозаветный Бог не был Богом Иисуса и его апостола Павла. Определенно это были два разных Бога.

Маркион считал, что Богом Ветхого Завета был еврейский Бог, который создал этот мир, избрал Израиль своим народом и дал ему свой закон. Однако никто не мог исполнять этот закон. Из этого ясно, что каждый приговорен Богом Ветхого Завета к проклятию. Он был Богом гневным и праведным – не злым, а просто безжалостно правосудным. А Бог Иисуса, с другой стороны, был Богом любви, милосердия и прощения. Этот благой Бог, будучи старше Бога евреев, послал Иисуса в мир, чтобы он умер за чужие грехи и спас людей от гнева Бога Ветхого Завета. И тогда спасение приходит через веру в смерть Иисуса.

Маркион вознамерился обосновать свою доктрину двух Богов в книге под названием «Антитезы» (т. е. «обратные утверждения»). В ней он указал на серьёзные противоречия между Ветхим Заветом и учением Иисуса и Павла. Например, Бог Ветхого Завета приказывает евреям захватить Обетованную землю и в первую очередь разрушить город Иерихон (Нав 6). Он отдаёт им указание войти в город и истребить в нем каждого мужчину, женщину и ребёнка. Разве это тот же Бог, – спрашивает Маркион, – который говорит «Люби своих врагов», «Обрати другую щеку» и «Молись за гонящих тебя»? Совсем не похоже, чтобы это был тот же Бог. Потому что это не он.

Бог Ветхого Завета посылал своих пророков, одним из которых был Елисей. Однажды, как повествует Ветхий Завет, Елисей был словесно оскорблен группой мальчишек, которые смеялись над его лысиной. Елисей призвал гнев Божий на этих мальчишек, и две вышедшие из леса медведицы растерзали из них сорок два ребенка (4 Цар 2:24). Разве это тот же Бог, что сказал «Пустите детей приходить ко мне»? Нет, есть два разных Бога.

Поскольку Бог Иисуса не есть Бог Ветхого Завета и, следовательно, не создатель мира, Иисус не мог принадлежать к числу тварных созданий. Он не мог родиться в этом мире как существо из плоти и крови, иначе он бы принадлежал Богу евреев наравне с его прочими творениями. Иисус должен был прийти с небес, непосредственно от истинного Бога. По этой причине физически он не был человеческим существом. Он только казался им. Короче говоря, Маркион оказался докетом (см. Главу 2). Для обоснования своих взглядов он опять же мог обратиться к текстам Павла, который писал, что Иисус пришел в этот мир «в подобии плоти греховной» (Рим 8:3). Для Маркиона всё это было лишь видимостью.

Маркион отмечен как первый христианин, настаивавший на определенном каноне Священного Писания, то есть собрании книг, в которых он видел божественный авторитет. В отличие от других канон Маркиона был замечательно короток. Поскольку еврейский Бог не был истинным Богом, его книга не была частью христианского Писания. Христианского Ветхого Завета просто не было. Но канон всё равно состоял из двух частей. В одной из них были послания Павла. Маркион знал десять из них, все они есть в Новом Завете. Не знал он только Посланий 1 и 2 Тимофею и Титу, так называемых пастырских посланий. Кроме этого, в своих посланиях Павел постоянно обращается к своему «благовестию». Поэтому второй частью канона Маркион сделал евангельский рассказ о жизни Иисуса. По всей видимости, это было переложение Евангелия от Луки.

Проблемой для этого канона из одиннадцати книг явилось то, что даже в нем цитировался Ветхий Завет как авторитетный источник, а мир выглядел созданием истинного Бога. Как это могло случиться, если Маркион был прав в своих взглядах на Павла и Иисуса? У Маркиона на это был простой ответ. Он считал, что после того, как Иисус оставил эту землю, его последователи и ученики переменили его учения и вернулись к своим прежним иудейским воззрениям, неверно толкуя смысл Христова благовестия и искажая последнее в пользу благости Бога‑творца и его творения. Они никогда до конца не понимали учения Иисуса о том, что создатель не был истинным Богом. Именно поэтому Павел был призван к апостольству. Бывшие до него апостолы изменили учение Иисуса, и Павлу было поручено это исправить. Согласно Маркиону, ложным пониманием замысла Иисуса было заражено множество христиан, включая переписчиков текстов Павла и Луки. Эти одиннадцать книг, по сути, годами переписывались неправильно. Писцы, которые не понимали истины, что существует два Бога, что Иисус на самом деле не рождался и не был человеком и т. д., – эти писцы изменили содержание текстов и наполнили их ложными представлениями. Поэтому Маркион отредактировал свои одиннадцать книг, вымарав из них всё, что казалось ему слишком иудейским.

Помимо этих одиннадцати книг у Маркиона и его последователей были другие сочинения, подделанные под писания Павла. Об этом мы знаем из частично сохранившегося текста, дошедшего до нас из второго столетия. Текста, где в противовес канонам Маркиона и других еретиков обсуждается вопрос, какие книги в действительности составляют канон Священного Писания. Этот текст называется каноном Муратори в честь итальянского ученого Муратори, который его открыл [77]. Помимо прочего, канон Муратори указывает, что маркиониты, последователи Маркиона, сфальсифицировали два письма от имени Павла – христианам городов Александрии и Лаодикии. Эти послания александрийцам и лаодикийцам, к сожалению, не сохранились. Но мы можем быть вполне уверены, что если когда‑нибудь их найдут, то идеи о двух Богах, не‑человеке Иисусе и принесённом им спасении будут видны в них гораздо сильнее, чем в книгах канона, составленного Маркионом.

 







©2015 arhivinfo.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.