Здавалка
Главная | Обратная связь

Размышления о самоэффективности и предрасположении в пользу своего Я



 

Я абсолютно уверен: многие читатели сочтут, что предрасположение в пользу своего Я либо вызывает депрессию, либо противоречит знакомому им по собственному опыту чувству неадекватности. К вашему сведению: даже люди, которым свойственно предрасположение в пользу своего Я, тем не менее чувствуют, что невыгодно отличаются от некоторых конкретных индивидуумов, и в первую очередь от тех, кто немного успешнее, привлекательнее и компетентнее их. И вовсе не всем присуще предрасположение в пользу своего Я. Есть люди, которые действительно страдают от недостатка самоуважения.

Те испытуемые, чью самооценку по ходу эксперимента временно снижали (например, им говорили, что у них плохие результаты теста интеллекта), проявляли большую склонность к тому, чтобы унижать других (Beauregard & Dunning, 1998). Люди, чье эго недавно было травмировано, тоже более склонны к тому, чтобы объяснять успех или поражение, пользуясь стратегиями самосохранения, в отличие от тех, кто получил подтверждение своей значимости (McCarrey et al., 1982). Следовательно, все, что угрожает самооценке, способно спровоцировать «защитную реакцию». Чувствуя, что «почва уходит у них из-под ног», люди могут прибегнуть к самоутверждению с помощью похвал в собственный адрес, к извиняющим их обстоятельствам или к принижению достоинств других. В принципе же, люди, которые недооценивают себя, склонны недооценивать и других. О том, кто насмехается, насмешка говорит ничуть не меньше, чем о его жертве.

 

(— Дорогой дневник, прости, но я опять вынужден побеспокоить тебя.)

Низкая самооценка

 

Тем не менее высокая самооценка идет рука об руку с восприятием, которое можно объяснить предрасположением в пользу своего Я. Люди, получающие высокие баллы по результатам тестирования самооценки (т. е. те, кто лестно отзываются о себе), столь же лестно отзываются о себе и тогда, когда объясняют свои успехи и неудачи (Ickes & Layden, 1978; Levine & Uleman, 1979; Rosenfeld, 1979), когда оценивают свои группы (Brown et al., 1988) и когда сравнивают себя с другими (Brown, 1986).

 

Предрасположение в пользу своего Я как проявление способности к адаптации

 

Предрасположение в пользу своего Я и сопровождающие его оправдания собственных промахов защищают людей от депрессии (Snyder & Higgins, 1988). У тех участников экспериментов, которые находятся в нормальном состоянии, всегда наготове причина, помешавшая им выполнить задание исследователя, им также кажется, что они контролируют ситуацию в большей степени, чем это есть на самом деле. Самооценки переживающих депрессию более точны: возможно, они менее лестные, зато более мудрые. (Подробнее этот вопрос освещен в Модуле А.)

<Нарциссизм, как и эгоизм, — это чрезмерная компенсация изначального недостатка любви к себе. Эрих Фромм,Бегство от свободы, 1941>

Рассмотрим и такой аспект. Благодаря свойственному нам нежеланию принимать критику, мы легко можем приписать окружающим более лестное мнение о нас, чем есть на самом деле (DePaulo et al., 1987; Kenny & Albright, 1987). Люди, пребывающие в состоянии умеренной депрессии, смотрят на вещи более трезво, и обычно их мнение о самих себе совпадает с мнением окружающих, что — и это понятно — может в некоторых случаях вызвать депрессию (Lewinsohn et al., 1980). Невольно начинаешь думать, что Паскаль, возможно, прав: «Если бы все мужчины знали, что говорят о них другие, в мире не было бы и двух пар друзей. Я считаю это непреложным фактом».

<В глаза никто не скажет нам того, что говорят за глаза. Паскаль,Мысли, 1670>

Авторы «теории управления страхом» (terror management theory)Джефф Гринберг, Шелдон Соломон и Том Пышински предлагают другое объяснение адаптивности позитивной самооценки (Greenberg, Solomon & Pyszczynski, 1997): они считают ее неким амортизатором тревожности, в том числе и тревожности, причиной которой является наша неминуемая смерть. В детстве мы усваиваем, что если ведем себя так, как учат родители, нас любят и защищают, если же демонстрируем непослушание, нам может быть отказано и в том и в другом. А это приводит к тому, что позитивная самооценка начинает ассоциироваться с чувством защищенности. Гринберг и его коллеги утверждают, что позитивная самооценка — т. е. восприятие самого себя как хорошего и защищенного — даже спасает нас от страха перед собственной неизбежной кончиной. Результаты их исследований свидетельствуют: напомнив людям о том, что они смертны (например, предложив им написать небольшое эссе о смерти), можно укрепить их во мнении о собственной значимости. Более того, высокая самооценка спасает человека от излишней тревожности при столкновении с опасностью.

Результаты новых исследований депрессии и тревожности позволяют предположить, что в предрасположении в пользу своего Я таится некая практическая мудрость. Возможно, из стратегических соображений правильно считать себя умнее, сильнее и социально более успешными, чем мы есть на самом деле. Обманщики, желающие убедить окружающих в своей честности, могут добиться больших успехов, если сами считают себя порядочными людьми. Вера в собственное превосходство способна быть и мотиватором наших достижений (сбывающиеся пророчества), и источником оптимизма в трудные времена.

 

Предрасположение в пользу своего Я как причина плохой адаптации

 

Хотя предрасположение в пользу своего Я и может защитить нас от депрессии, иногда оно становится причиной плохой адаптации. Люди, обвиняющие в своих социальных проблемах окружающих, нередко бывают более несчастными, чем те, кто способен признать свои ошибки (C. A. Anderson et al., 1983; Newman & Langer, 1981; Peterson et al., 1981). Более того, наиболее самоуверенные «экземпляры» нередко воспринимаются другими как эгоцентричные, надменные и лживые люди (Colvin et al., 1995). В истории человечества есть и диктаторы, проводившие политику геноцида, и сторонники идеи превосходства белой расы, и пьяницы, издевавшиеся над своими супругами, но общее для всех них — необузданное эго (Baumeister et al., 1996). Критика или насмешка окружающих, выражающих сомнение в обоснованности притязаний подобных личностей, вызывают такую ярость, что инцидент нередко заканчивается трагически.

<У победы — сотни отцов, но поражение — всегда сирота. Граф Галеаццо Чиано,Дневники, 1938>

Результаты исследований Барри Шленкера позволяют также говорить и о том, что предрасположение в пользу своего Я способно развалить коллектив (Schlenker, 1976; Schlenker & Miller, 1977a; 1977b). Шленкер, выступавший в студенческие годы как гитарист в составе одной рок-группы, пишет: «Как правило, рок-музыканты преувеличивали собственный вклад в успехи группы и недооценивали свою вину в ее неудачах. На моих глазах из-за этой их склонности к самовосхвалению распалось немало хороших групп». Став впоследствии социальным психологом и работая в Университете штата Флорида, Шленкер изучал проявления самозащиты в группах. Он провел 9 экспериментов, участники которых сообща работали над определенными заданиями. Затем он говорил им, что они либо успешно справились с заданием, либо выполнили его плохо. И то и другое было неправдой. Во всех случаях члены «успешных» групп брали на себя большую ответственность за результат, нежели члены групп, не справившихся с заданием. Большинство членов «успешных» групп старались приписать себе основную заслугу, и лишь немногие признавали, что сделали меньше, чем другие.

<Показная демонстрация собственной ничтожности — это ложное смирение. Истинное смирение — это осознание присутствия рядом настоящего величия. Джонатан Сакс, Главный раввин Великобритании, 2000>

Если большинство членов какой-либо группы полагают, что их вклад в общее дело выше среднего уровня, а его оплата и оценка не соответствуют ему, весьма вероятны и разногласия, и зависть. Президенты колледжей и деканы разных факультетов знакомы с подобными ситуациями не понаслышке. Не менее 90% преподавателей колледжа (а иногда и больше) считают, что их уровень выше среднего (Blackburn et al., 1980; Cross, 1977). Поэтому нет ничего удивительного в том, что когда становится известно об увеличении зарплаты и оказывается, что половина получила среднюю или даже меньшую, чем средняя, прибавку, многие воспринимают это как проявление несправедливости по отношению к ним.

<Чужие грехи всегда у нас перед глазами, а собственные — за спиной. Сенека,De Ira, 43 г. н. э.>

Предрасположение в пользу себя также мешает людям правильно оценивать группы, к которым они принадлежат. Даже если группы не сильно отличаются друг от друга, большинство людей все равно считают свою группу лучшей (Codol, 1976; Jourden & Heath, 1996; Taylor & Doria, 1981). Рассмотрим несколько примеров.

— Большинство членов университетских женских клубов полагают, что члены их клуба значительно меньше склонны к тщеславию и зазнайству, чем члены других аналогичных клубов (Biernat et al., 1996).

— 53% голландцев считают свой брак (зарегистрированный или гражданский) более удачным, чем большинство других браков; только 1% опрошенных считают, что им повезло меньше, чем остальным (Bruunk & van der Eijnden, 1997).

— 66% американцев считают муниципальные школы, в которых учатся их старшие дети, «отличными» или «хорошими». Однако примерно столько же (64% опрошенных) оценивают муниципальное среднее образование как таковое менее лестно — как «удовлетворительное» или даже «плохое» (Whitman, 1996).

— Большинство президентов корпораций и менеджеров по производству составляют завышенные прогнозы продуктивности и роста своих фирм (Kidd & Morgan, 1969; Larwood & Whittaker, 1977).

Иногда подобный излишний оптимизм чреват неприятностями. Тех биржевых маклеров или дилеров на рынке недвижимости, которые полагают, что превосходят своих конкурентов по деловой интуиции, может постичь жестокое разочарование. Еще в XVII в. экономист Адам Смит, защитник экономического рационализма человека, предвидел, что люди будут переоценивать свои шансы на успех. Он писал, что «абсурдная вера в собственную удачу» есть порождение «той чрезмерной самонадеянности, с которой большинство людей оценивают собственные способности» (Spiegel, 1971, р. 243).

{Интервьюеры, которые судят о претенденте на работу по одному короткому разговору, склонны переоценивать свою интуицию}

То, что человеку свойственно благосклонное отношение к собственной персоне, ни для кого не новость: hubric,или гордыня,считалась пороком еще в Древней Греции. Как и испытуемые в наших экспериментах, герои древнегреческих трагедий не совершали осознанных злодеяний, они лишь возомнили о себе слишком много. Тема гордыни и ловушек, в которые попадают обуреваемые ею люди, — одна из основных тем мировой литературы. В теологии гордыня долго занимала первое место в ряду «семи смертных грехов».

 

(— Значит, все согласны. У нас в Дании всегда полный порядок. Что-то прогнило в каком-то другом государстве.)

Гордыня, являющаяся следствием себялюбия, в условиях группы может быть особенно опасной

 

<И вот тут дьявол не смог сдержать усмешки, ибо нет греха, более любезного его сердцу, чем гордыня, которая рядится в одежды смирения. Старинное присловье>

Если гордыня — следствие благосклонного отношения к себе, то что же такое смирение? Результат отсутствия самоуважения? И можно ли уважать себя и быть уверенным в своих силах без того, чтобы демонстрировать предрасположенность в пользу своего Я? Перефразируя английского ученого и писателя К. С. Льюиса, можно сказать, что быть смиренным не значит пытаться убедить себя в своей уродливости, если на самом деле ты красив, или считать себя глупцом, если ты умен. В действительности чье-либо смирение «выше среднего уровня» может оказаться не более чем гордыней, скрываемой под маской ложной скромности. По данным Джеймса Фридриха, большинство студентов получают удовольствие от ощущения себя «выше среднего», не думая о том, на основании чего они могли бы считаться таковыми (Friedrich, 1996). Настоящее смирение больше похоже на на способность забыть о себе, чем на ложную скромность. Благодаря ему люди могут искренне наслаждаться и собственными талантами, и талантами окружающих.

 

Резюме

 

Вопреки распространенному мнению, будто большинство людей страдают от низкой самооценки или от комплексов неполноценности, результаты исследований стабильно свидетельствуют об обратном: большинству из нас присуще предрасположение в пользу своего Я. И в повседневности, и в лабораторных экспериментах мы нередко объясняем свои неудачи внешними причинами, а успехи приписываем себе. По таким параметрам, как субъективные, желательные личностные качества и способности, мы, как правило, считаем себя выше «середняков». Вера в самих себя становится причиной неоправданного оптимизма относительно нашего будущего. Мы также склонны переоценивать распространенность наших мнений и недостатков (ложный консенсус)и недооценивать распространенность присущих нам способностей и добродетелей (ложная уникальность).Подобное восприятие является отчасти следствием стремления к поддержанию и повышению самооценки, которое хоть и защищает людей от депрессии, но вносит определенный вклад в их неправильные суждения и групповой конфликт.

 

 

Самопрезентация

 

Похоже, что мы, люди, стремимся не только к тому, чтобы самим иметь лестное мнение о себе, но и к тому, чтобы представлять себя другим как можно в более благоприятном для нас свете. Каким образом подход к «управлению впечатлением» приводит к ложной скромности или к поведению, которое оборачивается собственным поражением?

Итак, мы уже знаем, что Я — это центр нашего социальных миров и что чрезмерное предрасположение в пользу своего Я искажает самооценку, хотя самоуважение и самоэффективность приносят некоторую пользу. Возможно, вас интересует такой вопрос: всегда ли искренни похвалы в собственный адрес? Соответствуют ли слова, произносимые человеком вслух, его потаенным мыслям? Или люди всего лишь делают хорошую мину при плохой игре, т. е. надежно скрывают от окружающих свои сомнения в собственной значимости?

 

Ложная скромность

 

Существуют неоспоримые доказательства того, что порой люди выдают себя не за тех, кем на самом деле являются. Однако наиболее яркий тому пример — не ложная гордыня, а ложная скромность. Возможно, вы уже и сами припомнили ситуации, когда кто-то не восхвалял себя, а занимался самобичеванием. Подобное поведение может быть очень тонким проявлением себялюбия, поскольку нередко вызывает у окружающих желание успокоить и «погладить по головке». Такая фраза, как «Я чувствовала себя последней дурой!», может подтолкнуть подругу к тому, что она начнет успокаивать: «Перестань! Ты все сделала правильно!» Даже фраза «Надо же было родиться такой уродиной!» способна вызвать как минимум такую ответную реакцию: «Вздор! Я знаю парочку людей, которые охотно поменялись бы с тобой!»

Есть и другая причина, заставляющая людей заниматься самоуничижением и восхвалять других. Представьте себе тренера, который перед важным матчем на все лады расхваливает соперника. Можно ли сказать, что он абсолютно искренен? Когда тренеры публично превозносят соперников, они делают это для того, чтобы создать у окружающих впечатление о нем и его подопечных как о скромных людях, настроенных на честную борьбу, и обеспечить благоприятные отзывы при любом исходе игры. В такой ситуации победа — достойное всяческой похвалы достижение, а поражение — следствие потрясающей игры команды-соперника в обороне. Как сказал Фрэнсис Бэкон, философ, живший в XVII в., скромность есть не что иное, как одно из проявлений «искусства хвастовства». Так, по данным Роберта Гоулда, Пола Бронштейна и Гарольда Сигала, участники лабораторного эксперимента — студенты Мэрилендского университета — тоже восхваляли своего будущего оппонента, но только тогда, когда оценивали его публично (Gould, Brounstein & Sigall, 1977). Анонимные характеристики были куда сдержаннее! Человек, осознающий собственные способности, ведет себя более естественно и не испытывает острой необходимости в оценочном поведении (Gibson & Sachau, 2000).

<Нередко смирение — всего лишь трюк, уловка, на которую пускается гордость, умолкающая на время только для того, чтобы затем еще громче заявить о себе. Ларошфуко,Максимы, 1665>

Ложная скромность проявляется и тогда, когда люди пишут автобиографии и перечисляют собственные достижения. На всех церемониях, посвященных вручению премий и призов, награжденные в изысканной форме благодарят своих близких — и не только их — за поддержку. Так, принимая Академическую премию, Морин Стэйплтон благодарил свою семью, детей, друзей и всех, кого он встречал на протяжении всей своей жизни. Противоречит ли подобная щедрость при «раздаче благодарностей» распространенному мнению, согласно которому люди с готовностью приписывают успехи своим собственным усилиям и компетентности?

Чтобы ответить на этот вопрос, Рой Баумейстер и Стейси Илко попросили студентов описать какой-либо свой успех, который они считают важным для себя (Baumeister & Ilko, 1995). Те испытуемые, которых они попросили подписать свои сочинения и которые предполагали, что их работы будут прочитаны вслух, преимущественно благодарили за оказанные им помощь и моральную поддержку. В анонимных работах слова благодарности встречались редко, их авторы изображали себя единоличными творцами собственных достижений. Эти результаты позволили Баумейстеру и Илко предположить, что людям присуща «напускная признательность» — поверхностная благодарность, некая маска, которая надевается лишь для того, чтобы казаться скромным, хотя «в глубине души» они считают творцами собственных успехов только самих себя.

Напускная признательность проявляется в тех случаях, когда мы, подобно Морину Стэйплтону, добиваемся больших успехов, чем окружающие, и не уверены в их чувствах к нам. Если нам кажется, что наш успех может вызвать у кого-то зависть или недоброжелательное отношение, — феномен, названный Джулией Экслайн и Марси Лобел (Exline & Lobel, 1999) «опасностями, подстерегающими победителя», — мы можем принизить собственные достижения и изобразить признательность. Людям, добивающимся действительно значительных достижений, не нужно притворяться скромными: скромность — их естественное качество.

 







©2015 arhivinfo.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.