Здавалка
Главная | Обратная связь

ВНУТРЕННЕЕ ОГНЕННОЕ ПОДНОШЕНИЕ



Тантрическое пиршество (ганачакра) включает в себя ряд под­ношений, совершаемых собранием йогинов и йогини. «Внешнее подношение» (бахъяпуджа: bahyapuja) присутствует и в других разновидностях буддизма. Оно подразумевает подношение того, что услаждает взор, обоняние и слух: яств, цветов, курений, светильников, танцев и музыки. За внешними подношениями следуют особые тантрические подношения. Главное место в этих «внутренних подношениях» занимают алкоголь, пять ви­дов мяса (собаки, коня, коровы, слона и человека) и «пять нектаров» (сперма, кровь, мозг, моча и кал). Буддийские тан­тристы выполняют также огненное подношение (тиб. чжинсег: sbyin-bsreg), которое по форме сходно с индуистскими огненны­ми жертвоприношениями (хома: homa; агнихотра: agnihotra или яджня: yajna).

Индуистские жертвоприношения включают в себя целый комплекс ритуалов ведийского происхождения, которые сохра­няют жизненно важную роль в индуистском брахманическом ритуале, а также во внутренних йогических и медитативных аспектах жертвоприношения. В литературе Упанишад в каче­стве внутренних подношений выступают жизнь человека, его пищеварение, дыхание и мистическое созерцание. Согласно Брихадараньяка-упанишаде (BrhadaranyaJca-upanisad), сексуальный союз тоже представляет собой огненное жертвоприноше­ние, как его исполнил бог-творец Праджапати (Prajapati) после создания женщины:

Сотворив ее, он почтил ее бхагу;

Поэтому бхагу женщины должно почитать.

Он простер из себя камень для выжимания нектара

[т. е. вызывающий истечение шукры женщины]

И оплодотворил ее им. Ее колени — жертвенный алтарь;

Ее волосы — жертвенная трава; Ее кожа — пресс для сомы;

Лепестки бхаги, огонь посредине.

Многие смертные... уходят из этого мира... без заслуг:

Те, кто совокуплялся с женщиной, не обладая знанием.

Основная схема жертвоприношения — это подношение матери­альных вещей (твердых, жидких или смешанных) в космичес­кое вместилище, которое символизирует йони (лоно, матка), преображающее всё в более простое, более концентрированное или более высокое состояние, идет ли речь о пищеварении, расщепляющем сложные вещества пищи на более простые час­тицы, или о мудрости, преобразующей двойственное мышление и восприятие в просветление. Следуя этой схеме, буддийская Тантра, скорее, составляет часть более широкого русла индий­ской духовности, а не является чисто буддийским направлени­ем философии и практики. Как и в индуистской традиции с ее внешним и внутренним огненными жертвоприношениями, в буддийской Тантре тоже появилось множество разновидностей огненного подношения. Внешнее огненное подношение рассмат­ривается как возможность для совершения четырех видов риту­альных действий: успокоения, возрастания, подчинения и раз­рушения. Внутреннее огненное подношение — это йогическая практика высокого уровня, которую мужчина и женщина вы­полняют вместе во время йогического соединения.

Когда духовные супруги практикуют сексуальную йогу — например, на тантрическом пиршестве, — они совершают «тай­ное подношение», поднося блаженство и наслаждение своим союзом божествам мандалы и всем существам вселенной. В соответствии с системой Чакрасамвары, в это время может быть совершено внутреннее огненное подношение.

Внутреннее огненное подношение — это особая визуализа­ция для объединения блаженства, рожденного страстным со­юзом, с созерцанием пустоты. В ходе этой практики, в первую очередь обычная, общепризнанная реальность приносится в жертву, или отрицается тем, что всех существ во вселенной представляют пребывающими во дворце просветленной осоз­нанности (мандале) и наслаждающимися, как божества, своим блаженством и мудростью. Затем йогин и йогини подносят саму мандалу, начиная растворять ее с внешних кругов и переходя к внутренним, в завершение доходя до четы будд в центре, кото­рые отождествляются с созерцающими мужчиной и женщиной: Представляй, что все существа трех миров [подземного, зем­ного и небесного], составляя мандалу, наслаждаются вели­ким блаженством. Испытав блаженство, герои и героини трех внешних миров растворяются в трех великих местах сожжения трупов, а эти места растворяются в безмерном дворце, который, в свою очередь, растворяется в четырех [сокровенных йогини]: Кхандарохе и других. Эти [четыре затем] растворяются и входят в левые ноздри четырех ли­ков [херуки Чакрасамвары], а затем через межбровье про­никают в центральный канал. Тогда нисходит нектар, напол­няя четыре чакры. После того ты сам и Ваджраварахи таете в великом блаженстве.

Затем йогин и йогини сами приступают к совершению жерт­воприношения. В том месте, где соприкасаются, или, говоря метафорическим языком Тантры, «целуют друг друга», концы их половых органов, — собравшиеся капли сексуальной жид­кости смешиваются и сливаются, верша заключительное возли­яние. В тексте нельзя найти подробностей, достаточных для выполнения этой практики, но в общих чертах можно сказать, что капли сексуальной жидкости (которые называют «красны­ми» у женщины и «белыми» у мужчины, имея в виду не их цвет, а содержащиеся в них женские и мужские эндокринные элементы) перемешиваются и плавятся, знаменуя успешное вве­дение каждым партнером внутренних ветров в срединный ка­нал (авадхути). Точное местоположение внутреннего очага в разных йогах может отличаться, хотя обычно его указывают у пупка, где его воображают в виде пылающего краткого «А». Независимо от того, где представляют внутренний очаг, его истинный огонь — это высшая форма сознания, поглощающая все более низкие формы, которые служат для него топливом, или приносятся ему в жертву.

В буддийском понимании огненное жертвоприношение озна­чает подчинение всех явлений и переживаний постижению пус­тоты. В йогическом измерении философский принцип пустоты связан со срединным каналом тела и внутренним огнем. Они взаимосвязаны, потому что одновременно совершают переход к свободе от понятий, или к прекращению двойственного мышле­ния. Как заметил Камбала, «огонь», устраняющий все загряз­нения мышления, можно приравнять к срединному каналу,120 потому что прекращение двойственного мышления и сосредото­чение внутреннего ветра в срединном канале происходят одно­временно. В этом жертвенном огне пылающей мудрости совер­шается подношение метафорических мяса и крови — составляющих элементов вселенной, которые в своей исходной форме являют собой четыре первоэлемента и пять восприятий органов чувств вместе с соответствующими им объектами (зву­ком, формой, вкусом, запахом и тем, что осязается). По мере того как блаженство усиливается, а все следы привязанности исчезают, пламя игры спонтанной осознанности (сахаджа) раз­горается всё ярче. Цель заключается в полном сжигании всего двойственного мышления и привычных склонностей, накоплен­ных за столетия последовательных жизней. Поскольку этот про­цесс не мгновенный, но требует длительных и постепенных уси­лий, необходимы долгие занятия практикой.

Поначалу огню нужно предать более грубые аспекты личности и заблуждения, а затем подносят все более тонкие разновидности рассудочного мышления и привязанности.

Как в индуистских Упанишадах высшим огненным жерт­воприношением является мистическое созерцание, так в Чакра-самвара-тантре недвойственные состояния мудрости становятся истинным огненным подношением, вершина которого — пол­ное просветление благодаря пламени мудрости. Как говорит Цонгкапа, «истинный смысл огненного подношения — это сжи­гание рассудочного мышления, иными словами, растворение в Ясном Свете».

Описанное здесь на основе системы Чакрасамвары внутрен­нее огненное подношение в общих чертах повторяет огненное жертвоприношение, описываемое как в Ведах, так и в Упани­шадах. Несмотря на свое сходство с индуистскими ритуалами, внутреннее огненное подношение в буддизме содержит иную идею спасения, поскольку, помимо полного отречения и про­светления огнем мудрости, подразумевает дополнительный шаг — выражение сострадания, порожденного жаром огня муд­рости. После растворения всей вселенной, всех представлений, основанных на двойственности восприятия и вступления в Яс­ный Свет становятся возможными высшие состояния ума, а так­же проявление творческого мышления и бескорыстности. Пре­дав вселенную внутреннему огню и растворив ее, йогин и йогини вновь представляют себе мандалу, но на этот раз пребывая в более тонком состоянии ума. Согласно Цонгкапе, когда мандала создается снова, она «возникает только из ветра-ума Ясного Света». Этот процесс визуализации качественно отличен от предыдущих, потому что прежде ветер-ум был обременен за­грязнениями, а теперь он подобен чистому ветру. Эту мандалу, полностью содержащую все подробности драгоценного дворца, нужно «представлять размером с атом или пылинку на белом лотосе в сердце божества [джнянасаттвы (jiianasattva)]... чья сущность — блаженство, который испускает гирлянды пульси­рующих лучей света и излучает тела различных будд». Так, после того как всё обычное было предано жертвенному огню блаженства, внутреннего жара и мудрости, мир обычных видимостей замещается изысканностью просветленных образов и со­здаются невесомые, подобные радуге божественные тела, кото­рые и составляют цель тантрической практики.

Как разъясняется в описаниях внутреннего огненного под­ношения, и йогин и йогини выполняют одну и ту же визуали­зацию и вместе проходят все ее стадии, приводя в согласие свои умы и объединяя свои энергии для совместного путешествия. Вследствие гармонии их умов и тел, а также происходящего между ними обмена мыслями, дыханием и жидкостями, дости­жение на определенном этапе успеха одним партнером благо­даря их взаимному созвучию может ускорить этот процесс в другом.127 Тесная связь духовных супругов делает для них воз­можным обмениваться состояниями тела и ума и завершить этот процесс в полном согласии и единстве.







©2015 arhivinfo.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.